Поздним вечером, накануне приезда внучки, когда салаты были нарезаны, а полы надраены, я присела попить чайку. Однако вопрос «Во что же дитя будет играть?» спихнул мое тело с табурета и потянул к комоду. В пыльных недрах смиренно ожидали второго пришествия старые игрушки. Час «Х» настал. Теперь их требовалось отмыть от следов времени и, естественно, продезинфицировать.
Уничтожение микробов
⠀⠀»Фейри», водка и вода — лучшие друзья молодой бабушки. Уничтожение микробов, живущих на ярких панельках, и микробов, живущих на самих микробах, стоило такого трио.
Пластиковые барабанчики, синтезаторы и флейты мылись, стиснув клавиши. Замыкающим на пенной вечеринке был синий саксофончик. Да какой там саксофончик! Так, огурец с кнопками. Даже дырочки, чтоб дуть, не предусмотрено. А еще электронная вещь!
⠀
⠀⠀При первом погружении в воду сакс внезапно хрюкнул высоким «У-и!». Хрупкая творческая натура инструмента, видимо, была против купания в кипятке. Дудка зафальшивила: «У-у-у». Я же была неумолима.
Какофония
Когда щётка коснулась кнопочек, с саксом случился приступ ушераздирающей какофонии. Бессмысленный набор звуков заполонил пространство не только моей утлой однушки, но и соседских квартир. По батареям застучали.
Кот, обладающий, как оказалось, музыкальным слухом, не устоял. Партия визгливого «мя-а-а» пронзила ночную тьму.
⠀»Заткнитесь вы! Все!»— вырвалось из груди вопреки правилам приличия и закону о тишине.
Я лихорадочно жала на все кнопки, пытаясь заткнуть дуру-дудку. Тщетно. Хорошо, хоть кот выключился сам – спасибо летающим тапкам.
Водкой чудо-сакс обрабатывала наспех – прямо со шкалика. А зря. Пьяная дудка— горе в семье. Из недр инструмента грозно грянуло попурри из песен народов мира. Нажатие кнопки «выкл» вызвало рождественский дух и «Джингл белс».
Придушить подушкой детскую пьянь не удалось. Я схватила банное полотенце и плотно обмотала им гаденыша. Американские «Колокольчики» звучали уже тише, но для часа ночи все еще провокационно. Соседи, видимо, сдались — батарейная дробь прекратилась.
Завёртыш был сунут на дно добротной итальянской сумки. Замочек щёлкнул, но узник зычно требовал продолжения банкета и «почки ещё раз царице».
Сумка последовала в кладовку, где была надёжно придавлена старой маминой шубой и рулоном обоев.
Дверь захлопнулась. Я прижала ухо к щели. Дудка вяло изображала ремикс «Белых роз». Услышать ее потуги, к счастью, можно было, только перестав дышать.
Все счастливы
Я рухнула на кровать, припечатав кота, и отрубилась. Во сне мне мерещился голос хмельного саксофона, орущего песни Брэдбери на стихи Моцарта.
Проснувшись, я напряженно прислушалась к звукам в квартире. На кухне капала из крана вода. В прихожей чем-то расслабленно чавкал кот. На подоконнике разворачивала к солнцу свои листочки герань.
Я заглянула в кладовку. Дудка не подавала признаков жизни. «Ну, смотри у меня!» — грозный жест указательным пальцем был единственным гарантом тишины. Огурец с кнопками скромно помалкивал и, удостоившись звания «нормального», вернулся к другим игрушкам.
Приехала любимая внучка. Малышкины пальчики чудесно извлекали из трезвого саксофончика простые детские песенки.
Все, включая кота, были счастливы.
Автор: Алена Косенко
Для связи:
ВКонтакте: https://vk.com/id592155199
Телеграм: https://t.me/Al_ena7255
